О том, как развитие высокотехнологичной медицинской помощи поможет пациентам с онкологией, рассказывает Дмитрий Кудинов, руководитель регионального отделения Europe Distribution Accuray

Поделиться в facebook
Facebook
Поделиться в google
Google+
Поделиться в twitter
Twitter
Поделиться в linkedin
LinkedIn

Нацпроект «Здравоохранение», на реализацию которого в ближайшие шесть лет будет потрачено порядка 1,36 триллиона рублей, стартовал в январе текущего года. Приоритетное направление — онкология. Для решения задач этого сектора предполагается выделить около 1 триллиона рублей. Инициатива, в целом, не нова. Правительство уже фокусировало свое внимание на проблемах, связанных с выявлением онкологических заболеваний. Ранняя диагностика была признана ключевым средством профилактики и эффективного лечения, медцентры по всей стране закупили новое диагностическое оборудование (в частности, аппараты для магнитно-резонансной и компьютерной томографии), а также проводили большую информационную работу, мотивируя людей сдавать анализы на онкомаркеры и проходить диспансеризацию. В итоге за 2017 год было выявлено 617 177 новых случаев злокачественных новообразований, что на 3 процента больше, чем в 2016-м. Такой подход не только показал свою эффективность, но и продвинул задачу борьбы с онкозаболеваниями на новый уровень. Сегодня необходимо идти дальше, увеличивая количество пациентов, получивших своевременную и качественную медпомощь.

В январе 2019 года правительство РФ утвердило правила финансирования высокотехнологичной медицинской помощи (ВМП), не включенной в программу ОМС. На эти цели в текущем году будет направлено 3,8 миллиарда рублей. Проект в своем роде революционный, поскольку впервые дает возможность частным клиникам получать госсубсидии, закупать оборудование для высокоэффективной лучевой терапии и повышать доступность ВМП. Говоря простыми словами: предоставляет каждому онкопациенту дополнительные возможности получения жизненно важной терапии. Вопрос актуальный, поскольку ежегодно в таком лечении нуждаются более 250 тысяч человек, а на деле получают его только 40 процентов.

Речь идет о радиотерапии, которая за последние 15 лет стала настолько точной, что все чаще заменяет собой традиционную хирургию, особенно если речь идет о сложных случаях (например, удаление опухолей, локализованных в головном мозге, нервной системе, позвоночнике). Однако в общем объеме оказываемых ежегодно услуг по лечению онкозаболеваний доля лучевой терапии, по моим данным, не превышает 9–10 процентов. Сказывается нехватка оборудования и специалистов. В России на 1 миллион человек приходится один радиотерапевтический центр, в Европе этот показатель выше в два с половиной раза, в США — в восемь. В российской практике хирургические методы применяются в 55 процентах случаев, притом что врачи-хирурги высокой квалификации тоже в дефиците. Соответственно, возникают очереди, в которых пациенты месяцами ожидают начала лечения. Рост объемов оказания высокотехнологичной медицинской помощи призван решить эту проблему.

В рамках реализации соответствующей программы Минздрава создано три уровня оказания онкопомощи: районный, крупногородской и федеральный. На этой базе сформирована четкая система распределения оборудования для ВМП. Для районных клиник будут закупаться базовые линейные ускорители и системы дистанционной лучевой терапии. Их ресурсов хватит для эффективного лечения онкологических заболеваний на ранней стадии. При более сложном случае пациент направляется на второй уровень, где используется лучевое оборудование среднего класса. Самые сложные диагнозы — прерогатива федеральных онкоцентров с топовым оборудованием, предназначенным в том числе для лечения неоперабельных опухолей. Благодаря такой дифференциации появляется возможность сократить, а в ряде случаев полностью устранить очереди и грамотно распределить оборудование в соответствии с уровнем медцентра. Однако здесь возникает новая проблема — кадровая.

Сегодня на 1 миллион населения страны приходятся два специалиста в области медицинской физики и дозиметрии, 8 радиационных онкологов и лучевых терапевтов. Аналогичные показатели в США: 22 медицинских физика и 49 радиационных онкологов. По официальной статистике Минздрава, в России работает 1120 радиотерапевтов, 429 медицинских физиков, 1074 оператора радиотерапевтического оборудования. С учетом масштабных планов развития онкологической программы данного количества специалистов будет явно недостаточно. Особенно необходимы медицинские физики, подготовка которых осуществляется на базе двух российских вузов либо путем переподготовки выпускников физических университетов. Это специалисты высокой квалификации, в обучение которых тоже необходимо инвестировать средства. В настоящий момент «дорожная карта» для решения этого вопроса еще не создана. Тем не менее уже сейчас понятно, что программ госфинансирования для этих целей не хватит. Ведь квалификация специалиста, в данном случае медицинского физика, складывается не только из фундаментальных знаний, полученных в вузе, но также требует достаточного объема практической работы на конкретном оборудовании.

На этом этапе вклад в развитие радиотерапии могут внести коммерческие клиники. Здесь мы говорим о классическом примере ГЧП, когда частные инвесторы на основе концессионных соглашений приобретают оборудование, обслуживают его, обучают персонал и оказывают медицинские услуги онкопациентам. Государство, со своей стороны, предоставляет для этого помещения, а также осуществляет выплаты за прошедших лечение пациентов через систему ОМС. Участие частных медцентров на данном этапе реализации программы имеет ключевое значение, поскольку дает возможность включить в общую систему онкопомощи дополнительные единицы нового оборудования, предоставить медицинским физикам, радиотерапевтам и операторам условия для прохождения практики и повышения квалификации. Также стоит учесть, что частный медцентр — это коммерческая структура, которая получает финансирование не только по каналам ОМС, но и за счет предоставления большого комплекса собственных услуг: от диагностики на аппаратах МРТ и КТ до комплексного лечения пациентов, которые могут оплатить радиотерапию самостоятельно. Несмотря на сравнительно высокую стоимость (курс в среднем стоит 300 тысяч рублей), людей, готовых лечиться,  в стране достаточно много, и сегодня они также вынуждены ожидать своей очереди. Кроме того, частные клиники могут обеспечить врачам более высокий уровень зарплат и таким образом частично решить острую социальную проблему, связанную с оплатой труда медиков.

Как любая инновационная и высокотехнологичная отрасль, радиотерапия требует значительных инвестиций. Государство подготовило проект к реализации и обеспечило его стартовым финансированием, однако дальнейшее развитие данного сектора, а также эффективное решение всех сопутствующих этому процессу проблем будет невозможно без участия частного капитала. Если система ГЧП начнет работать по всей стране, мы вскоре увидим масштабный синергетический эффект, от которого выиграют все стороны: государство повысит эффективность лечения онкологии, медцентры смогут включиться в систему ОМС и нарастить объемы оказания медпомощи, а у пациентов появится не только возможность пройти нетравматическое амбулаторное радиолечение, но и самый ценный ресурс — время, которое больше не нужно будет тратить на ожидание.

Еще материалы

Accuray news

Cancer patients in Cologne, Germany have now access to advanced and precise radiotherapy. The Radixact System is now installed at the Uniklinik

Визит на завод компании United Imaging Healthcare

Компания «Белмедснаб» пригласила врачей из Беларуси посетить производственную площадку компании United Imaging Healthcare в Шанхае. Во время визита делегация из Беларуси побывала

Токаеву рассказали о новых методах лечения рака

Президент Казахстана Касым-Жомарт Токаев принял председателя правления АО «Национальный научный медицинский центр» Абая Байгенжина, передает Акорда.   Глава государства был проинформирован о